Духовная грамота великого князя Московского Дмитрия Ивановича Донского
13.04.-16.05.1389
1

Князь московский (с 1359 г.) и великий князь владимирский (с 1362 г.) Дмитрий Иванович, прозванный Донским, – одна из ключевых фигур отечественной истории XIV в. При нем Москва окончательно превратилась в политический центр Северо-Восточной Руси, возглавила борьбу против Орды. Главным триумфом князя Дмитрия Ивановича стал разгром в 1380 г. в битве на Куликовом поле войск темника Мамая. Дмитрий построил первые каменные укрепления Кремля, основал несколько монастырей в Москве и окрестностях. Он впервые без санкции Орды передал великое княжение владимирское сыну Василию как «отчину».

Будущий герой Куликова поля родился в Москве 12 октября 1350 г. Его отцом был Иван Иванович Красный, второй сын Ивана Калиты. Когда княжичу было 3 года, скончался его дядя Симеон Гордый, и московский стол перешел к Ивану Красному. Но в 1359 г. он также скончался, и 9-летний Дмитрий стал московским князем, обладателем удела, включавшего города Коломна и Можайск, 12 можайских волостей, отдельные сёла, ему принадлежала также треть доходов с жителей Москвы и её уезда. Эти земли составляли менее половины Московского княжества, остальное принадлежало вдовам Ивана Калиты, Симеона Гордого и Ивана Красного, а также малолетним княжичам Ивану Ивановичу и Владимиру Андреевичу – родному и двоюродному братьям Дмитрия. В связи с малолетством князя реальная власть первоначально оказалась в руках советников его отца во главе с московским тысяцким В.В. Вельяминовым. Воспитанием Дмитрия руководил митрополит Алексий (сам потомок московского боярского рода), который играл заметную роль и в государственных делах.

Уже в 1360 г. Дмитрий отправился в Орду, где в то время шла ожесточённая междоусобица – так называемая «замятня» – для получения ярлыка на великое княжение владимирское. Из-за малолетства Дмитрий не получил ярлыка от хана Навруза, а новым великим князем владимирским стал суздальский князь Дмитрий Константинович. 

Орда стремилась отодвинуть на задний план слишком усилившееся Московское княжество. Смуты, которые привели в началу 60-х гг. XIV в. к распаду Орды на ряд враждующих между собой политических образований, открыли для московских князей возможность возобновить борьбу за великое княжение. В 1362 г., получив ярлык от одного из соперничавших между собой ханов, московские бояре со своим 12-летним князем, его младшим братом Иваном, а также его двоюродным братом Владимиром Андреевичем Храбрым собрали войско и выгнали Дмитрия Константиновича из Владимира. Московское войско подступало уже к Суздалю, когда Дмитрий Константинович, обзаведясь новым ярлыком, попытался вернуться во Владимир. Под военным нажимом суздальский князь был вынужден согласиться с переходом великокняжеского стола к 13-летнему московскому князю. После того как Дмитрий Иванович помог Дмитрию Константиновичу вернуть себе нижегородский стол, который во время борьбы за великое княжение захватил его младший брат князь Борис Городецкий, между московским и нижегородским князьями установился прочный мир.

Владимирское великое княжество, а также присоединённые к Московскому княжеству Дмитров и Галич Мерский были объявлены «отчинными» владениями моск. князя. Права других князей и ханские ярлыки на эти территории не признавались. 

В условиях усилившейся внешнеполитической напряжённости, тяжёлых последствий большого московского пожара 1365 г. Дмитрий Иванович и его советники приняли решение построить новый каменный кремль, который был возведён в 1366–68 гг. Он стал единственной каменной крепостью во всей Северо-Восточной Руси. Это резко повысило военный потенциал Москвы. 

В соседнем с Москвой Тверском княжестве ок. 1366 г. к власти пришёл Михаил Александрович, стремившийся вернуть своему роду владимирское великое княжение. В 1367 г. Дмитрий Иванович поддержал его противников – клинского князя Еремея Константиновича и кашинского князя Василия Михайловича. Они с помощью московской рати захватили Тверь и ограбили её жителей. Михаил Александрович был вынужден бежать в Литву к своему зятю – князю Ольгерду. Осенью 1367 г., приведя литовские войска, Михаил Александрович восстановил свою власть в Твери и начал переговоры о мире. Дмитрий Иванович вместе с митрополитом Алексием пригласили Михаила Александровича в Москву. Когда великий князь тверской приехал, москвичи арестовали его, и только стечение обстоятельств – неожиданное прибытие ордынского посла – помогло ему вернуть свободу. Эти действия Дмитрия Ивановича привели к его конфликту с Литвой. Союзник и родственник Михаила Тверского Ольгерд дважды (в 1368 и 1370 гг.) осаждал Москву. Взять каменный кремль литовцам не удалось, но окрестности Москвы были опустошены. Стремясь парализовать действия Ольгерда, московские воеводы совершили в 1370 г. поход на Брянск. По его результатам московский князь удержал за собой Ржеву и её волости, захватил Мценск и Калугу и укрепил отношения с правителями Верховских княжеств. 

Между тем, в борьбу русских княжеств и Литвы вмешалась Орда, где ключевую роль в это время стал играть темник Мамай. Угроза возможной консолидации сил Тверского княжества, Литвы и Орды заставила Дмитрия Ивановича искать сближения с Мамаем. В июне 1371 г., накануне отъезда в Орду, Дмитрий заключил союзный договор с Новгородской республикой. В том же году в Орде за большие деньги московский князь получил ярлык на великое княжение владимирское у нового ставленника Мамая – хана Мухаммеда Бюлека. Однако, выдав ярлык Дмитрию, хан не отобрал предыдущее пожалование у Михаила Александровича, рассчитывая на междоусобную борьбу русских князей. Этот расчёт оправдался, а выплата Дмитрием долга и ордынского выхода вызвала у населения недовольство великим князем владимирским. 

Обострились противоречия Дмитрия и с соседями, особенно с рязанским князем Олегом Ивановичем. Он присоединился к антимосковскому союзу Твери и Литвы. Снова начались боевые действия. 

Чтобы получить козырь при переговорах с Тверью, послы Дмитрия Ивановича осенью 1373 г. выкупили в Орде Ивана, старшего сына князя Михаила Тверского и привезли его в Москву. В начале следующего года между московским и тверским князьями был заключён мирный договор. По его условиям Михаил возвращал московскому князю захваченные владения на территории Владимирского великого княжества, а Дмитрий Иванович отпускал княжича Ивана к отцу. 

Примирившись с Литвой и Тверью, Дмитрий Иванович решил отказаться от выплат Орде. Понимая, что столкновение с Ордой неизбежно, московский князь в конце 1374 г. собрал в Переяславле съезд русских князей, на котором удалось создать внушительную антиордынскую коалицию. В следующем году, после неудачи в очередной войне против Москвы, Михаил Тверской также подписал обязательство помогать Дмитрию Ивановичу в случае войны с татарами. Как расчётливый политик, московский князь уже в 1375 г. предвидел возможное столкновение с Мамаем. В марте 1377 г. воевода Боброк-Волынский во главе московских войск и при поддержке войск нижегородских князей взял ордынский г. Болгар. В ответ на это в августе Мамай, неожиданно напав, нанёс жестокое поражение московским и нижегородским войскам на р. Пьяна и захватил Нижний Новгород. 


Летом следующего года Мамай отправил на Русь большое войско под командованием темника Бегича, но оно было разгромлено на р. Вожа 11 августа. Это стало первой крупной победой русских войск над силами Орды. Новый поход на Русь летом 1380 г. предпринял уже сам Мамай. Он сумел договориться о совместных действиях с Литвой и Рязанским князем Олегом. Для отражения нападения Дмитрий Иванович за 2 недели собрал огромные по тем временам силы: до 170 тыс. воинов. С отборным войском примерно в 50–60 тыс. человек он перешёл Оку и вдоль Дона двинулся на юг, стремясь предотвратить соединение сил Олега Рязанского и Мамая. Одновременно московский князь рассчитывал вызвать Мамая на битву до подхода к нему литовцев. Этот план удалось блестяще исполнить, и в битве на Куликовом поле 8 сентября русские войска полностью разгромили армию Мамая.
 
После победы Дмитрий Иванович ещё более упрочил свою власть в рус. землях. Он присоединил к своим владениям обширное Белозерское княжество, временно овладел Рязанским княжеством (1380–81), а затем, в августе 1381 г. заключил договор с князем Олегом Ивановичем, который признал себя «молодшим братом» Дмитрия Ивановича. Несмотря на эти успехи, куликовская победа ещё не означала ликвидации ордынского господства. В 1382 г. новый повелитель Орды хан Тохтамыш при поддержке нижегродского и рязанского князей подступил к Москве, обманом проник в город и разорил его. Власть Орды над русскими землями была на время восстановлена, Дмитрию Донскому пришлось платить тяжёлую дань. Однако он сумел удержать за собой Владимирское великое княжество, а также великокняжеские владения в Вологде, Торжке и Волоке Ламском. 

У Дмитрия и его супруги Евдокии (дочери суздальско-нижегородского князя Дмитрия Константиновича) было 8 сыновей и 4 дочери. Известно две душевные грамоты Дмитрия Донского. Первая из них (сохранившаяся со значительными лакунами) была составлена еще в январе 1372 г., вскоре после рождения второго сына, Василия. Вторую душевную грамоту Дмитрий Иванович составил весной 1389 г., незадолго до смерти (19 мая 1389). К тому времени живы были пятеро его сыновей: Василий (будущий великий князь Василий I), Юрий, Андрей, Пётр и Иван. Еще один, самый младший сын, Константин, родился за несколько дней до смерти отца. 

По условиям окончательного завещания, Дмитрий Донской сумел выделить старшему сыну Василию не 2 города, как когда-то ему самому завещал его отец, а 8 городов, преимущественно на землях бывшего Владимирского великого княжества. Эти земли не могли делиться на части, как владения других сыновей Дмитрия Ивановича, они должны были целиком переходить к великому князю. Это решение существенно расширило и юридически укрепило материальную базу верховной власти в Московском княжестве, благодаря этому ускорилось формирование Государева двора – постоянно функционирующего органа управления. Тем самым Дмитрий Донской стоял у истоков процесса, который в итоге привел к складыванию самодержавной монархии и созданию единого Русского государства.

Во имя Отца и Сына и Святаго духа, се яз, грешный худый раб Божий Дмитрии Иванович, пишу грамоту душевную целым своим оумом. Даю ряд сыном своим и свoей княгини. 
1. Приказываю дети свои своей княгине. 
2. А вы, дети мои, живите заодин, а матери своее слушайте во всем. 
3. А приказываю отчину свою Москву детем своим, князю Василью, князю Юрью, князю Андрею, князю Петру. 
4. А брат мой, князь Володимер, ведает свою треть, чем его благословил отец его, князь Андреи. 
5. А сына своего, князя Василья, благословляю на старишии путь в городе и в станех моего оудела двою жеребьев половина. 
6. А трем сыном моим половина, и в пошлинах в городских половина. 
7. А тамга из двою моих жеребьев княгине моей половина, а сыном моим половина. 
8. А восмьничее мои два жеребья княгине моей. 
9. А на старишии путь сыну моему, князю Василью, Василцево сто и Добрятиньская борть с селом с Добрятиньским. 
10. А бортници в станех в городских, и конюшии путь, и соколничий, и ловчий, тем сынове мои поделятся ровно. 
11. А численых людий моих двою жеребьев сыном моим по частем, а блюдут с одиного. 
12. А се даю сыну своему, князю Василью, Коломну со всеми волостми, и с тамгою, и с мыты, и с бортью, и с селы, и сo всеми пошлинами. А волости коломеньские: Мещерка, Раменка, Песочна, Брашева с Селцем, з Гвоздною и с Иванем, Гжеля, Деревни, Левичин, Скулнев, Маковець, Канев, Кочема, Комарев з берегом, Городна, Похряне, Оусть-Мерьско. А из московских сел даю сыну своему, князю Василью: Митин починок, Малаховское, Костянтиновское, Жырошкины деревни, Островское, Орининьское, Копотеньское, Хвостовское, у города луг Великии за рекою. А из юрьевских сел даю сыну своему, князю Василью: своего прикупа Красное село с Елезаровским, с Проватовым, да село Василевское в Ростове. 
13. А се даю сыну своему, князю Юрью, Звенигород со всеми волостми, и с тамгою, и с мыты, и з бортью, и с селы, и сo всеми пошлинами. А волости Звенигородские: Скирменово з Белми, Тростна, Негуча, Сурожык, Замошъская слобода, Юрьева слобода, Руза городок, Ростовци, Кремичня, Фоминьское, Оугож, Суходол с Ыстею, с Истервою, Вышегород, Плеснь, Дмитриева слободка. А из московских сел даю сыну своему, князю Юрью: село Михалевское, да Домантовское, да луг Ходыньскии. А из юрьевских сел ему: прикупа моего село Кузмыдемъяньское, да Красного села починок за Везкою придал есм к Кузмыдемъяньскому, да село Богородицьское в Ростове.
14. А се даю сыну своему, князю Аньдрею, Можаеск со всеми волостми, и с тамгою, и с мыты, и з бортью, и с селы, и со всеми пошлинами, и с отьездными волостми. А волости Можаиские: Исмея, Числов, Боянь, Берестов, Поротва, Колоча, Тушков, Вышнее, Глиньское, Пневичи с Загорьем, Болонеск. А Коржань да Моишин холм придал есмь к Можаиску. А се волости отъездные: Верея, Рудь, Гордошевичи, Гремичи, Заберега, Сушов, да село Репиньское, да Ивановское Васильевича в Гремичах. А Колуга и Роща сыну же моему, князю Андрею. И чтo вытягал боярин мой Федор Андреевич на обчем рете Тов и Медынь оу смолнян, а то сыну же моему, князю Андрею. А из Московских сел ему: Напрудьское село да Луциньское на Яузе с мелницею, Деоуниньское, Хвостовьское в Перемышле, да луг Боровский, а другии противу Воскресенья. А из юрьевских сел ему Олексиньское село на Пекше.
15. А се даю сыну своему, князю Петру, Дмитров со всеми волостми, и с селы, и со всеми пошлинами, и с тамгою, и с мыты, и з бортью. А се дмитровские волости: Вышегород, Берендеева слобода, Лутосна с отъездцем, Инобаш. А из московских волостии князю Петру: Мушкова гора, Ижво, Раменка, слободка княжа Иванова, Вори, Корзенево, Рогож, Загарье, Вохна, Селна, Гуслеця, Шерна городок. А из московских сел князю Петру: [Новое село, Сулиш]ин погост. А из Юрьевских сел ему прикупа моего село Богородицьское на Богоне.
16. А се даю сыну своему, князю Ивану: Раменеице з бортники и что к нему потягло, да Зверковское село с Сохоньским починком, чтo отошло ото князя от Володимера. А Сохна сыну же моему, князю Ивану. А в том оуделе волен сын мой, князь Иван, который брат до него будет добр, тому даст. 
17. А се благословляю сына своего, князя Василья, своею отчиною, великим княженьем. 
18. А сына своего благословляю, князя Юрья, своего деда куплею, Галичем, со всеми волостми, и с селы, и со всеми пошлинами, и с теми селы, которые тягли к Костроме, Микульское и Борисовское. 
19. А сына своего, князя Аньдрея, благословляю куплею же деда своего, Белымозером, со всеми волостми, и Вольским с Шагатью, и Милолюбский ез, и с слободками, что были детии моих. 
20. А сына своего, князя Петра, благословляю куплею же своего деда, Оуглечим полем, и что к нему потягло, да Тошною и Сямою. 
21. А се даю своеи княгине из великого княженья оу сына оу своего, оу князя оу Василья, ис Переяславля Юлку, а ис Костромы Иледам с Комелою, а оу князя оу Юрья из Галича Соль, у князя у Оньдрея из Белаозеря Вольское с Шаготью и Милолюбскии ез. А из володимерьских сел княгине моей Оньдреевьское село, а ис переяславских сел Доброе село, и что к ним потягло. А из оудела сына своего, княжа Васильева: Канев, Песочну, а из сел Малиньское село, Лысцево. А ис княжа оудела из Юрьева: Юрьева слобода, Суходол с Ыстею, с Ыстервою, да село Оньдреевское, да Каменьское. А изo княжа оудела из Оньдреева: Верея, да Числов, да село Луциньское на Яоузе с мелницею. А из княжа оудела ис Петрова: Ижво да Сяма. 
22. А что есм дал своеи княгине из оудела сына своего, княжа Васильева, и изо княжа изо Юрьева, изо княжа из Оньдреева, изо княжа ис Петрова, волости и села, а что бог розмыслит о моей княгине, и те волости и села во чьем оуделе, то тому и есть.
23. А се даю своеи княгине: свой примысл Скирменовскую слободку с Шепковым, Смоляные с Митяевским починком и з бортью, с вышегородскими бортники, Кропивну з бортники с кропивеньскими и с исменьскими, и з гордошевскими, и с рудьскими; Желескова слободка з бортью, с Ивановым селом с Хороброва, Исконьская слободка, Кузовская слободка, и что княгини моее прикуп, и что к ней потянуло, тo моеи княгине. 
24. А по которая места слободьские волостели судили те слободы при мне, и княгини моее волостели судят по та же места, как было при мне. 
25. А что княгини моее купля Лохно, то ее и есть. А на Коломне мои примысл Самоилецев починок с деревнями, Савельевский починок, Микульское село, Бабышево, Ослебятевское, а то княгини моеи. А что ее село Репеньское и прикуп, то ее и есть. А из московских сел даю своеи княгине: Семциньское село с Ходыньскою мелницею, да Остафьевское село, да Илмовьское. А из юрьевских сел даю ей: куплю свою Петровское село, да Фроловское, да Елох. А Холхол и Заячков, то моей княгине. 
26. А что ми дала княгини Федосья Суду на Белеозере, да Колашну, и Слободку, и что благословила княгиню мою Городком да Волочком, та места ведает княгиня Федосья до своего живота, а по ее животе то княгине моеи. 
27. А теми своими примыслы всеми благословляю княгиню свою, а в тех примыслех волна моя княгини, сыну ли которому даст, по души ли даст. А дети мои в то не вступаются. 
28. А которые деревни отоимал был князь Володимер от Лыткиньского села княгини моее к Берендееве слободе, а те деревни потянут к Лыткиньскому селу моее княгини. 
29. А по грехом, которого сына моего Бог отъимет, и княгини моя поделит того оуделом сынов моих. Которому что даст, тo тому и есть, а дети мои из ее воли не вымутся. 
30. А даст ми Бог сына, и княгини моя поделит его, возмя по части у болшие его братьи. 
31. А оу которого сына моего оубудет отчины, чем есм его благословил, и княгини моя поделит сынов моих из их оуделов. А вы, дети мои, матери слушаите. 
32. А по грехом, отъимет Бог сына моего, князя Василья, а хто будет под тем сын мой, ино тому сыну моему княж Васильев оудел, а того оуделом поделит их моя княгини. А вы, дети мои, слушайте своее матери, что кому даст, то тому и есть. 
33. А коли детем моим взяти дань на своей отчине, чем есм их благословил, и сын мой, князь Василей, возмет с своего оудела с Коломны и со всех коломеньских волостий триста рубль и сорок и два рубля, и княгини моя даст ему в то серебро с Песочны 50 рубль без 3-х, а с Канева дватцять рубль и два рубля.
34. А князь Юрьи возмет с Звенигорода и сo всех с звенигородских волостии двесте рубль и семдесят рубль и два рубля, и княгини моя даст ему в то серебро с Юрьевы слободы пятьдесят рубль, а с Суходола полпятадесять рубль, а с Смоляных 9 рубль, а с Скирменовские слободки 9 рубль. 
35. А князь Оньдреи возмет с Можаиска и со всех волостии Можаиских сто рубль и семдесят рубль бес трех, а с отъездных мест семдесят рубль без дву, и княгини моя даст ему в то серебро дватцять рубль и полтретья рубля с Вереи, а с Числова полосма рубля, а с Заячкова дватцять рубль и два, с Холхла десять рубль, с Желесковы 9 рубль, с Исконьские слободки полсема рубля, с Кропивны полсема рубля. 
36. А князь Петр возмет с своего оудела сто рубль и одиннатцять, и княгини моя даст ему в то серебро с Ижва тритцять рубль. 
37. А князь Иван даст князю Василью с Сохны пять рубль, а с Раменеиця даст князю Петру пять рубль. 
38. А то возмут в тысячю рубль, а будет бoле или менши, ино по тому розочту.
39. А переменит Бог Орду, дети мои не имут давати выхода в Орду, и которыи сын мой возмет дань на своем оуделе, то тому и есть. 
40. А что есм подавал своеи княгине волости и села из оуделов детий своих, и свои примысл, и слободы, и села, и Холхол, и Заячков, а с тех волостий, и с слобод, и с сел что возмет княгини моя, то еи и есть. А дети мои в то не вступаются. 
41. А ис тех волостии, и слобод, и сел, что есм вымал оу детии своих из оуделов, а подавал княгине своеи, а кому будет жалоба сиротам на волостели, и тем людем оучинит исправу княгини моя. А дети мои в то не вступаются. 
42. А что есм дал сыну своему, князю Аньдрею, Заберегу, за тo дети мои вси дают оброк святому Спасу пятьнатцять рубль на год на Спасов день. 
43. А се благословляю детии своих. Сыну моему старишему, князю Василью: икона Парамшина дела, чепь золота, что ми дала княгини Василиса, пояс золот велик и с каменьем без ремени, пояс золот с ременем Макарова дела, бармы, шапка золота. 
44. А сыну моему, князю Юрью: пояс золот новыи с каменьем с жомчюгом без ремени, пояс золот Шышкина дела, вотола сажена. 
45. А сыну моему, князю Оньдрею: снасть золота, пояс золот старыи новгородский. 
46. А сыну моему, князю Петру: пояс золот с каменьем пегии, пояс золот с калитою да с тузлуки, да наплечки, да алам. 
47. А сыну моему, князю Ивану: пояс золот татаоур, да два ковша золоты по две гривенки. 
48. А что ся останет золото, или серебро, или иное что но есть, то все моей княгине. 
49. А что ся останет стад моих, тем моя княгини поделится с моими детми по частем. 
50. А хто будет моих казначеев, или хтo будет моих дьяков прибыток мои от мене ведал, или посельских, или тиоунов, или хто женился оу тех, те все не надобе моей княгине и моим детем. 
51. А приказал есм свои дети своей княгине. 
52. А вы, дети мои, слушаите своее матери во всем, из ее воли не выступаитеся ни в чем. 
53. А который сын мой не имет слушати свое матери, а будет не в ее воли, на том не будет моего благословенья. 
54. А дети мои молодшая, братья княжы Васильевы, чтите и слушаите своего брата старишего, князя Василья, в мое место, своего отця. 
55. А сын мои, князь Василии, держит своего брата, князя Юрья, и свою братью молодшюю в братьстве, без обиды. 
56. А хто моих бояр имет служыти моеи княгине, тех бояр, дети мои, блюдите с одиного. 
57. А хто сю грамоту мою порушит, судит ему бог, а не будет на нем милости божии, ни моего благословенья ни в сии век, ни в будущии. 
А писал есм сю грамоту перед своими отци: перед игуме[ном] перед Сергием, перед игуменом перед Савастьяном. 
А тутo были бояре наши: Дмитрии Михаилович, Тимофеи Васильевич, Иван Родивонович, Семен Васильевич, Иван Федорович, Олександр Аньдреевич, Федор Аньдреевич, Федор Аньдреевич, Иван Федорович, Иван Аньдреевич. 
А писал Внук. 
Внизу грамоты на желтом шелковом шнуре привешена серебряная позолоченная печать
великого князя Дмитрия Ивановича.

Опубликовано по изданию: Кучкин В. А. Издание завещаний московских князей XIV в. // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2009. №3 (37). С. 132-136.


X-XVI век