Указ Его Императорского Величества Самодержца Всероссийского Петра Феодоровича от 7 декабря 1773 года
07.12.1773
1

Крестьянская война под руководством Е. Пугачева («Пугачевский бунт») стала самым крупным социальным потрясением в истории Российской империи вплоть до революции 1905-1907 гг. Восстание, начинавшееся как выступление самозванца, объявившего себя спасшимся императором Петром III и опиравшегося на казаков, получило поддержку от широких масс крестьян, рабочих уральских заводов и нерусского населения. «Пугачевщина» распространилась на огромное пространство от Сибири до Поволжья. Радикализовалась и идеология движения, выраженная в манифестах и указах Пугачева. Однако крестьянская война не вызвала раскола в господствующей элите общества, не переросла в революцию и была жестоко подавлена.

Укрепление крепостнического строя и абсолютизма при Екатерине II вызвало усиление социальной напряженности в Российской империи. Курс на подавление привилегий казачества привел в 1772 г. к восстанию яицких казаков, которое удалось подавить только через несколько месяцев сидения восставших в Яицком городке. Неудача пассивной тактики восставших стала уроком для других желающих бросить вызов сложившейся в России системе. 
В 1773 г. на Яике объявился беглый донской казак, хорунжий, участник Семилетней и Русско-турецкой войны Емельян Пугачев. С группой своих сторонников (И. Зарубин по прозвищу Чика, М. Шигаев, Д. Караваев, Т. Мясников и др.) он решил поднять восстание и объявить себя спасшимся царем Петром III. 18 сентября 1773 г. в районе Яицкого городка он объявил свой первый указ, где пожаловал казаков старинными вольностями и привилегиями и призвал присягать ему на верность. У Пугачева был отряд всего в 80 человек, он был далеко не первым самозванцем, который решился выступить в роли воскресшего Петра III, так что власти не придали этой выходке существенного значения.
Однако, в отличие от предшественников, Пугачев показал себя как опытный военный и хороший организатор. Захватывая небольшие крепостицы на Яике, он пополнял свой отряд, захватывал оружие и боеприпасы. Во все концы рассылались его указы и манифесты, обращенные не только к казакам, ставшим детонатором восстания. Пугачев пытался привлечь на свою сторону даже дворянство, но образованным людям обман с Петром III был вполне очевиден. Зато для широких масс, измученных тяготами и платежами, Пугачев оказался избавителем. «Государь Петр Федорович» развернул террор против отказавшихся присягать ему офицеров, чиновников и помещиков, и он был поддержан массами угнетенных, жаждавших мести за унижения и нищую жизнь.
5 октября Пугачев подошел к Оренбургу с армией, в которой было уже более 2000 бойцов и 20 орудий. Он осаждал город до марта 1774 г. Теперь воззвания Пугачева были адресованы самым разным слоям угнетенного населения, которым предлагалась новая жизнь по казачьим законам – вольное самоуправление, свободное пользование землей и угодьями, решение всех основных вопросов сходом жителей, равноправие и чисто символические налоги. Создавались органы местного самоуправления – земские и станичные избы. Пугачев создал «военную коллегию», которая была его штабом.
Повстанцы оглашали пугачевские воззвания. Типичны были ситуации, когда крестьяне, выслушав “единогласно сказали, что естли он подлинно государь, так они верят”. Манифесты и указы Пугачева создавались в его ставке грамотными участниками восстания, которым сам «Государь» объяснял, что нужно писать. Для придания манифестам и указам официальной формы использовались обороты из указов Екатерины II.
Указ 1 декабря, игравший роль манифеста, был составлен в Бердской слободе под Оренбургом на основании ранее объявленных указов и манифестов Пугачева. Он предназначался для распространения среди тюркского населения и был записан по-татарски, скорее всего секретарем Балтаем Идеркеевым.
В этом указе подчеркивается, что восстание вовсе не является возвращением к допетровскому периоду, что “Петр III” следует заветам и делам своего “деда” Петра I.
В отличие от большинства документов пугачевской ставки, составленных в этот период, указ 1 декабря дает относительно развернутую критику крепостничества и призывает к классовой войне крестьян против помещиков. 
Оригинал документа был послан атаману И. Н. Зарубину (Чике), который действовал в это время в районе Воскресенского завода под Уфой. Успехам восстания в этих местах способствовало вовлечение в него башкир, татар, чувашей и другого населения, почти не говорившего на русском языке. Оглашения и распространение здесь списков указа «законного государя», обещавшего освобождение от административного гнета, играло роль раскаленных углей, высыпанных в сухую траву – степь и предгорья Урала запылали. 
Для агитации среди русского населения тот же манифест переводился на русский язык либо использовались другие документы «Петра III».
Армия Пугачева продолжала расти, к нему присоединились рабочие заводов Южного Урала. 9 ноября карательная экспедиция генерала В. Кара была разбита пугачевцами под Юзеевой. Другие колонны, пытавшиеся деблокировать Оренбург, также были разбиты. Около тысячи башкир, который отправили на подавление восстания, перешли на сторону «Петра Федоровича». Их лидером стал Салават Юлаев, который затем действовал в Башкирии до ноября 1774 г. Пугачевские атаманы разошлись в разных направлениях, чтобы расширить территорию восстания. Зарубин осаждал Уфу, И. Арапов вступил в Самару, М. Толкачев – в Яицкий городок, И. Грязнов – в Челябинск. Восставшие осаждали Екатеринбург, Кунгур,  взяли Курган и Ставрополь на Волге.
Однако войска Российской империи под командованием генерала А. Бибикова перешли в наступление с нескольких направлений. 22 марта 1774 г. в генеральном сражении под Татищевой крепостью 10-тысячное войско Пугачева потерпело поражение от армии П. Голицына численностью в 6500 солдат. 24 марта под Уфой была разбита «вторая армия» пугачевцев под командованием Чики. После нового поражения в районе Оренбурга в начале апреля Пугачев с небольшим отрядом ушел на Урал.
Здесь Пугачев пополнил свою армию за счет работных людей до нескольких тысяч человек. Потерпев 21 мая поражение под Троицкой крепостью, Пугачев снова оторвался от преследования и вышел в Прикамье, снова пополнил армию – здесь его поддерживало нерусское население. Пройдя через Ижевский и Воткинский заводы, Пугачев 12 июля ворвался в Казань. Город горел, верные Екатерине II войска и чиновники заперлись в Кремле. 15 июля подоспевший к Казани подполковник И. Михельсон нанес поражение Пугачеву, он снова бежал, «но бегство его казалось нашествием», как писал А. Пушкин.
Переправившись 16 июля на правый берег Волги, Пугачев взорвал здесь «социальную бомбу». К нему присоединились тысячи крестьян.
28 июля в Саранске Пугачев опубликовал манифест, в котором жаловал «всех, находившихся прежде в крестьянстве, в подданстве помещиков, быть верноподданными собственной нашей короны рабами, и награждаем вольностию и свободою и вечно казаками, не требуя рекрутских наборов, подушных и протчих денежных податей, владением земель, лесными, сенокосными угодьями, и рыбными ловлями и соляными озерами без покупки и без оброку, и протчими всеми угодьями, и освобождаем всех [от] прежде чинимых от дворян и градских мздоимцов-судей всем крестьяном налагаемых податей и отягощениев. И желаем вам спокойной в свете жизни, для которой мы вкусили и претерпели от прописанных злодеев-дворян странствие и немалое бедствие.
А как ныне имя наше властию всевышней десницы в России процветает, того ради повелеваем сим нашим имянным указом: кои прежде были дворяне в своих поместьях и вотчинах,— оных противников нашей власти и возмутителей империи и раззорителей крестьян, всячески стараясь ловить, казнить и вешать, и поступать равным образом так, как они, не имея в себе малейшаго христианства, чинили с вами, крестьянами. По истреблении которых противников злодеев-дворян всякой может возчувствовать тишину и спокойную жизнь, коя до века продолжатца будет». На этот раз крестьяне освобождались от крепостного гнета и получали права казачества без всяких условий – независимо от того, поддерживают ли они «Петра Федоровича».
Несмотря на радикализм требований и широкий состав участников, Крестьянскую войну (восстание, «бунт») под предводительством Пугачева не принято считать революцией. Ведь революция – это преодоление старой системы общественных отношений в пользу новой. А для закрепления нового социального устройства необходимы люди, которые смогут справиться с задачами управления, организации новой жизни. Нужно, чтобы на стороне революции выступила хотя бы часть культурной и политической элиты страны. Поэтому для того, чтобы в стране произошла революция, недостаточно лишь выступления «низов», нужен еще раскол, кризис «верхов». Без этого выступление низов обречено на поражение, так как сплотившаяся, имея организационный и культурный перевес, все же справится с выступлением и не станет удовлетворять его требований. Именно это и произошло в Российской империи во время «Пугачевщины». Тяжесть положения «низов» общества оборачивалась сплочением «верхов», которое лишь усиливалось под влиянием пугачевского террора против дворянства (интересно, что политические кризисы в Российской империи в 1730 и 1825 гг. не перерастали в революцию, так как не сопровождались выступлениями широкий масс «низов»).
Летом 1774 г. восстание охватило правобережные уезды Казанской, Нижегородской и Астраханской губерний, восточные уезды Московской и Воронежской губерний. Повстанцы взяли Саранск, Пензу и Саратов. Но закрепить свои успехи они не могли.
Торопливо завершив успешную войну с Османской империей, Екатерина II стягивала войска для отражения ожидавшегося нападения самозванца на Москву и окончательного подавления восстания. 29 июля главнокомандующим был назначен генерал-аншеф П. Панин. В районах, охваченных восстанием, развернулся террор против повстанцев и поддерживавшего их населения.
После нового поражения у Солениковской ватаги Пугачев с небольшим отрядом бежал на левый берег Волги и 8 сентября на реке Новый Узень был схвачен оставшимися с ним сподвижниками, питавшими надежду таким образом получить прощение. Он был доставлен в Яицкий городок, откуда год назад началось его движение, а затем в Москву, где после следствия и суда казнен 10 января 1775 г. на Болотной площади вместе со своими сподвижниками А. Перфильевым, М. Шигаевым, Т. Подуровым (между прочим, депутат Уложенной комиссии, обладавший депутатской неприкосновенностью) и В. Торновым. И. Зарубин был казнен в Уфе 24 января. Отдельные вспышки восстания продолжались в первой половине 1775 г.
«Пугачевщина» не привела к улучшению положения крестьян, рабочих и казаков. Но она стала символом возможного в России массового восстания против самодержавия и крепостничества. И в этом качестве «Пугачевский бунт» стал фактором политического сознания, влияя уже в XIX на позицию дворянства и самодержавия по поводу необходимости проведения реформ. 

Всех моих верноподданных рабов желаю содержать в моей, яко то от бога дарованной мне, милости всякого человека тех, которые ныне желают быть в моем подданстве и послушании по самопроизвольному желанию. А естли кто, сверх сего моего, до всего народа чинимаго милосердия, останется в своем недоразумении, тот уже напоследок восприимет от меня великое истязание и ничем себя не защитит. Сверх же сего и те, которые, как прежде, услуги приносили неизменные деду моему императору Петру Первому такие, что за его императорское величество до жизни своей пребывали в неисчерпаемых службах, за что и воспринимали немалые награждения и похвалы, но и ныне кто таковы мне будут приносить неизменные услуги, а заслужа, и я про тех всеусердно слышать желаю и без награждения никого не оставлю за те их услуги.
И естли кто ныне познает сие мое оказанное милосердие, действительно я уже вас всех пожаловал сим награждением; землею, рыбными ловлями, лесом, бортями, бобровыми гонами и протчими угодьями, также вольностию. Сверх же сего, как от бога дарованной мне власти обещаюсь, что впреть никакого уже вы отягощения не понесете.
А естли кто не будет на сие мое воздаваемое милосердие смотреть, яко то: помещики и вотчинники, так, как сущих преступников закона и общаго покоя, злодеев и противников против воли моей императорской, лишать их всей жизни, то есть казнить смертию, а домы и все их имение брать себе в награждение. А на оное их, помещиков, имение и богатство, также яство и питие было крестьянского кошта, тогда было им веселие, а вам отягощение и раззорение.
А ныне ж я для вас всех един ис потеренных объявился и всю землю своими ногами исходил и для дарования вам милосердия от создателя создан. То, естли кто ныне понять и уразуметь сие может о моем воздаваемом вам милосердии, и всякой бы, яко сущей раб мой, меня видеть желает.
Но однако ж ныне еще не столько мне доброжелателей, как сколько общаго покоя возмутителей и ненавистников. Ныне ж всемогущий господь неизреченными своими праведными судьбами паки возведет нас на всероссийский престол, то уже не один без отмщения противу их оказанного до меня злодействия не останется; и тогда всякой познает тягость своего преступления. А хотя и восхощет обратиться к законному повиновению и будет стараться и споспешествовать и приносить неизменные услуги, но только ничего принето не будет; тогда уже и воздохнет из глубины сердца своего и воспомянет всемирное житие свое, да уже возвратить будет тогда никак нельзя.
А кто ж сей мой милостивой указ получит в свои руки, тот бы тот же час как из городу в город, из жительства в жительство пересылал и об оном моем чинимом ко всему роду человеческому милосердии объяснял и всемирное житие воспомянул, как оное ныне, также и впреть вышеизъясненное будет всем полезно.
На подлинном подписано собственною его императорскаго величества рукою тако:
Император и самодержец Всероссийский Третий Петр.
От 1-го декабря 1773 года.
После текста: Переведен с татарского письма на российской диалект сотником Юскеем Кудашевым

Объявлен 7 декабря 1773 г.

XVIII век