Манифест «О всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей и об устройстве их быта»
19.02.1861
1

Манифест «О всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей и об устройстве их быта» стал результатом длительной работы в Главном комитете по крестьянскому делу, созданному императором в 1858 г., и в Редакционных комиссиях при нем (с 1859 г.). Вышедшие из недр Редакционных комиссий документы по крестьянскому вопросу, в свою очередь, были итогом работы дворянских губернских комитетов. Первоначальный текст был составлен товарищем министра внутренних дел Н.А. Милютиным и известным славянофилом Ю.Ф. Самариным, но по повелению императора был переделан московским митрополитом Филаретом с целью усиления воздействия на религиозные чувства крестьянства. Обнародован Манифест был 5 марта 1861 г. в «Прощеное воскресенье» или «Александров день». Манифест сопровождался комплексом законодательных актов из 22 документов, касающихся вопросов освобождения крестьян, условий выкупа помещичьей земли и размеров выкупаемых наделов по отдельным регионам России. «Общее Положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости» было основным законодательным актом, определяющим условия и способы освобождения российского крестьянства. Значение реформы состояло, прежде всего, в том, что она расчистила путь развитию капитализма в России. Но при этом обнаружилось, что крепостная зависимость заменялась на долговую. Неадаптированным к рыночной экономике оказалось и помещичье хозяйство. Социальная поляризация в деревне и ускоренный экономический упадок дворянства противоречили сословной модели государственности, продуцируя открытые и латентные социальные конфликты.


Процесс раскрепощения, как результат целенаправленной деятельности правительства, берет свое начало с указа Павла I о трехдневной барщине. Это был курс на «профилактику». Таким же по своей форме и сути был указ Александра I «о вольных хлебопашцах». Тогда как освобождение эстонских и лифляндских крестьян (1816-1818 гг.) начало серию «терапевтических» приемов.

В царствование Николая I даже шеф жандармов А.Х. Бенкендорф в своем отчете императору назвал крепостное право «пороховым погребом под государством». Важную роль в этом вопросе сыграл секретный комитет, созданный в 1835 г., в котором ведущее положение занимал П.Д. Киселев, бывший главным советником Николая I в крестьянских делах. Для выработки основ реформы государственной деревни, которая намечалась как первый этап крестьянской реформы вообще, было создано 5-е отделение собственной его императорского величия канцелярии, затем превращенное в министерство государственных имуществ во главе с П.Д. Киселевым. Разработкой основ второй части реформы занялся секретный комитет 1839-1842 гг., результатом работы которого стал указ 2 апреля 1842 г. об обязанных крестьянах. Указ предусматривал выкуп крестьян на свободу через договора с помещиками без предоставления земельных участков. Комитет 1846 г. обсуждал записку министра внутренних дел Л.А. Перовского «Об уничтожении крепостного состояния в России», в которой предлагалось фиксировать повинности крестьян инвентарями. Инвентарная реформа в Юго-западном крае 1847-1852 гг. стала этапом перехода от «профилактики» к «терапии». Более продуктивным оказался комитет 1847 г., который поддержал предложение о разрешении крестьянам выкупаться с публичных торгов: соответствующий указ вышел 8 ноября 1847 г. Однако секретный комитет 1849 г. внес изменение в этот закон: согласно указу от 19 июля этого же года, крестьяне могли выкупиться с публичных торгов лишь при условии согласия на это помещика. Но на отмену крепостного права Николай I не решился.

Только Александр II пошел на решительные и безотлагательные меры по отмене крепостного права. Генерал-адъютант Я. Ростовцев специально поехал в Пруссию, чтобы на месте изучить последствия освобождения крепостных в начале XIX века. Он пришел к выводу, что «западный опыт» безземельного освобождения убийственен для России. В свою очередь, позиция власти о государственном происхождении крепостного права должна была оправдать государственную инициативу по его отмене. 

3 января 1857 г. был создан Секретный комитет по подготовке реформы, но он состоял из ярых крепостников и намечал растянуть саму подготовку реформы на много лет. В конце 1857 г. был подготовлен первый проект программы по отмене крепостного права, который предлагал освободить крестьян без полевого надела, но они могли выкупить усадьбу, а полевые земли арендовать у помещика за деньги или работу. Помещики сохраняли права вотчинной полиции. Согласно этой программе, в 1858 г. в 47 губерниях Европейской части России были созданы губернские комитеты «по улучшению быта помещичьих крестьян», и началось обсуждение проекта в губернских комитетах, а затем в Главном комитете по крестьянскому делу (был переименован в феврале 1858 г. из Секретного комитета). В результате обсуждения выявились противоречия среди помещиков из разных регионов: так, из среды помещиков черноземной полосы вышел проект безземельного освобождения крестьян П.П. Гагарина. Но в ходе подготовки реформы, под давлением крестьянского движения, Главный комитет был вынужден принять новые программные требования об обязательном наделении крестьян землей за выкуп. 

Местные проекты были подвергнуты изменению в Редакционных комиссиях Я.И. Ростовцева, созданных 4 марта 1859 г. Хотя после смерти Ростовцева эти комиссии были возглавлены реакционером В.Н. Паниным, но это было уже в 1860 г., и Александр II распорядился особых изменений не вносить. После этого проект был обсужден в Главном комитете и Госсовете, и на последнем этапе крепостникам удалось внести ряд поправок в свою пользу: по отдельным уездам были уменьшены нормы наделов и увеличены размеры денежного оброка. Когда в Государственном Совете обсуждался последний вариант законодательных актов реформы 19 февраля 1861 г., князь П.П. Гагарин предложил включить в него главу о возможности добровольного соглашения крестьян и помещика о полном разрыве их отношений путем наделения крестьян минимальным наделом, без последующего отбывания повинностей и платежа выкупа, что должно было способствовать возникновению сословия фермеров. И действительно, в большинстве случаев именно дарственники создали «предфермерские» хозяйства.

19 февраля (3 марта) 1861 г. Манифест об отмене крепостного права в России и ряд «Положений» были подписаны. 5 марта (17 марта), в последний день Масленицы, в Прощеное воскресенье, по всем российским церквям во время обедни манифест Александра II об отмене крепостного права был обнародован. Манифест даровал крестьянам личную свободу и юридические права, делая их собственниками наделов с рядом условий: уставные грамоты и выкуп, сохранение сословности, круговой поруки и натуральных повинностей телесных наказаний, для чего был сохранен крестьянский волостной суд. «Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости» сохраняло право собственности помещика на все земли, но предусматривало обязательное наделение крестьян усадебной и полевой землей (кроме тех, кто не имел ее), сначала за повинности, а потом за выкуп. Переход на обязательный выкуп был осуществлен по закону 1881 г. Кроме того, «Общее положение» устанавливало принцип постепенности: за 2 года должны быть составлены уставные грамоты, определяющие конкретные условия освобождения крестьян, затем крестьяне переводились на положение «временнообязанных» до момента перехода на выкуп. 

Четыре Местных Положения определяли различные размеры наделов: для 29 великорусских, новороссийских и белорусских губерний с общинной формой землевладения; для 3 малороссийских (левобережных) губерний (Черниговская, Полтавская и часть Харьковской) с подворным обложением; для Киевской, Подольской и Волынской губерний; для Западной Белоруссии и Литвы (Виленская, Гродненская, Ковенская, Минская и часть Витебской губернии). В двух последних регионах крестьяне получили все земли, которые были у них до реформы, а после восстания 1863 г. крестьяне этих губерний были переведены сразу на выкуп, и их наделы несколько увеличились. Местные положения делили губернии на 3 полосы: черноземную, нечерноземную и степную, а внутри полос выделяли местности, для которых устанавливались нормы наделов. Для черноземной и нечерноземной полос устанавливались высшая и низшая нормы наделов таким образом, чтобы отрезать часть крестьянских земель. Кроме того, помещик мог прирезать себе земли в количестве до 1/3 своего бывшего имения (в степной полосе — до 1/2), даже если наделы крестьян не превышали высшей нормы. Но он был обязан прирезать до низшей нормы. Для степной полосы устанавливался единый уставной надел в 6-12 десятин на душу мужского пола.

По итогам проведения реформы 10 миллионов душ бывших помещичьих крестьян получили 34 миллиона десятин земли, то есть 3,4 десятины на душу мужского пола. Тогда как для прожиточного минимума надо было иметь в черноземной полосе не менее 5,5 десятин, а в остальных местностях — 6-8 десятин. Если в 8 западных губерниях наделы крестьян выросли на 18-20%, а в 9 губерниях остались такими же или немного увеличились, то в 27 губерниях — сократились (отрезки составили, по официальным данным, 13% бывших дореформенных наделов). Была установлена «надельная» форма землевладения, когда юридическим собственником земли считалась община, хотя она и не имевшая права продажи наделов. Общинные надельные земли составили 3/4 крестьянских земель. Впрочем, при подворном землевладении крестьяне также не могли продавать свои участки, но они получили право арендовать или покупать частные земли. 461 тысяча крестьян Нижневолжского и Северо-черноземного районов получили четвертинные или дарственные наделы (1,1 десятины на душу мужского пола), а 724 тысячи дворовых и 137 тысяч крестьян мелкопоместных дворян, которые освобождались через два года бесплатно, не получили земли вообще. 

До перехода на выкуп крестьяне должны были выполнять в пользу помещика временные повинности, которые определялись Местными Положениями, а не помещиками. Отменялись мелкие повинности (ягоды, грибы и прочее), а основной формой повинности становился оброк. Крестьян нельзя было переводить на барщину, если они раньше платили оброк, без их согласия, а через два года они могли перейти на оброк без согласия помещика. Барщина ограничивалась 40 мужскими и 30 женскими днями с тягла в год, при этом 3/5 барщины отрабатывалось в летнее время. Крестьяне были обязаны принять надел и держать его в пользовании за установление повинности в течение 9 лет, то есть до 19 февраля 1870 г. Размер оброка был установлен не от доходности земли, а от дохода крестьянина в данной местности. Ловким «мошенничеством» было и введение принципа градации оброка и барщины, который вступал в силу при получении крестьянами неполного надела: за первую десятину в Нечерноземной полосе взималось 50% оброка, за вторую — 25%, а на остальные поровну раскладывалась оставшаяся часть оброка.

Положением о выкупе последний устанавливался по величине денежного оброка, исходя из капитализации оброка в 6% годовых, то есть сумма оброка умножалась на 16 2/3. Государство давало крестьянам кредит в размере 75-80% (в зависимости от размера надела) выкупной суммы на 49 лет, с выплатой ежегодно 6% ссуды. Эта сумма выплачивалась помещику сразу же при заключении выкупной сделки, а остальные 20-25% крестьянин выплачивал помещику по договоренности. В тех случаях, когда переход на выкуп осуществлялся по одностороннему требованию помещика, последний не получал эту часть выкупа.

В основу крестьянского самоуправления были положены элементы системы управления государственной деревней. Крестьяне одного помещика составляли сельское общество, а домохозяева общества составляли сельский сход, избиравший на три года старосту, сборщика податей и представителей на волостной сход, а также сотских и десятских. Волостной сход избирал волостного старшину и волостной суд, ведавший делами до 100 рублей убытка, а после введения земств — представителей на уездный съезд. Кроме того, над крестьянами был поставлен институт мировых посредников, на которых возлагались задачи проведения реформ.

Божиею милостию 
Мы, Александр Второй, 
Император и Самодержец 
Всероссийский, Царь польский,
Великий Князь Финляндский,
и прочая, и прочая, и прочая. 

Объявляем всем нашим верноподданным.

Божиим провидением и священным законом престолонаследия быв призваны на прародительский всероссийский престол, в соответствие сему призванию мы положили в сердце своем обет обнимать нашею царскою любовию и попечением всех наших верноподданных всякого звания и состояния, от благородно владеющего мечом на защиту Отечества до скромно работающего ремесленным орудием, от проходящего высшую службу государственную до проводящего на поле борозду сохою или плугом.

Вникая в положение званий и состояний в составе государства, мы усмотрели, что государственное законодательство, деятельно благоустрояя высшие и средние сословия, определяя их обязанности, права и преимущества, не достигло равномерной деятельности в отношении к людям крепостным, так названным потому, что они частию старыми законами, частию обычаем потомственно укреплены под властию помещиков, на которых с тем вместе лежит обязанность устроять их благосостояние. Права помещиков были доныне обширны и не определены с точностию законом, место которого заступали предание, обычай и добрая воля помещика. В лучших случаях из сего происходили добрые патриархальные отношения искренней правдивой попечительности и благотворительности помещика и добродушного повиновения крестьян. Но при уменьшении простоты нравов, при умножении разнообразия отношений, при уменьшении непосредственных отеческих отношений помещиков к крестьянам, при впадении иногда помещичьих прав в руки людей, ищущих только собственной выгоды, добрые отношения ослабевали и открывался путь к произволу, отяготительному для крестьян и неблагоприятному для их благосостояния, чему в крестьянах отвечала неподвижность к улучшениям в собственном быте.

Усматривали cиe и приснопамятные предшественники наши и принимали меры к изменению на лучшее положение крестьян; но это были меры, частию нерешительные, предложенные добровольному, свободолюбивому действованию помещиков, частию решительные только для некоторых местностей, по требованию особенных обстоятельств или в виде опыта. Так, император Александр I издал постановление о свободных хлебопашцах, и в бозе почивший родитель наш Николай I — постановление об обязанных крестьянах. В губерниях западных инвентарными правилами определены наделение крестьян землею и их повинности. Но постановления о свободных хлебопашцах и обязанных крестьянах приведены в действие в весьма малых размерах.

Таким образом, мы убедились, что дело изменения положения крепостных людей на лучшее есть для нас завещание предшественников наших и жребий, чрез течение событий поданный нам рукою провидения.

Мы начали cиe дело актом нашего доверия к российскому дворянству, к изведанной великими опытами преданности его престолу и готовности его к пожертвованиям на пользу Отечества. Самому дворянству предоставили мы, по собственному вызову его, составить предположения о новом устройстве быта крестьян, причем дворянам предлежало ограничить свои права на крестьян и подъять трудности преобразования не без уменьшения своих выгод. И доверие наше оправдалось. В губернских комитетах, в лице членов их, облеченных доверием всего дворянского общества каждой губернии, дворянство добровольно отказалось от права на личность крепостных людей. В сих комитетах, по собрании потребных сведений, составлены предположения о новом устройстве быта находящихся в крепостном состоянии людей и о их отношениях к помещикам.

Сии предположения, оказавшиеся, как и можно было ожидать по свойству дела, разнообразными, сличены, соглашены, сведены в правильный состав, исправлены и дополнены в Главном по сему делу комитете; и составленные таким образом новые положения о помещичьих крестьянах и дворовых людях рассмотрены в Государственном совете.

Призвав Бога в помощь, мы решились дать сему делу исполнительное движение.

В силу означенных новых положений, крепостные люди получат в свое время полные права свободных сельских обывателей.

Помещики, сохраняя право собственности на все принадлежащие им земли, предоставляют крестьянам, за установленные повинности, в постоянное пользование усадебную их оседлость и сверх того, для обеспечения быта их и исполнения обязанностей их пред правительством, определенное в положениях количество полевой земли и других угодий.

Пользуясь сим поземельным наделом, крестьяне за cиe обязаны исполнять в пользу помещиков определенные в положениях повинности. В сем состоянии, которое есть переходное, крестьяне именуются временнообязанными.

Вместе с тем им дается право выкупать усадебную их оседлость, а с согласия помещиков они могут приобретать в собственность полевые земли и другие угодья, отведенные им в постоянное пользование. С таковым приобретением в собственность определенного количества земли крестьяне освободятся от обязанностей к помещикам по выкупленной земле и вступят в решительное состояние свободных крестьян-собственников.

Особым положением о дворовых людях определяется для них переходное состояние, приспособленное к их занятиям и потребностям; по истечении двухлетнего срока от дня издания сего положения они получат полное освобождение и срочные льготы.

На сих главных началах составленными положениями определяется будущее устройство крестьян и дворовых людей, установляется порядок общественного крестьянского управления и указываются подробно даруемые крестьянам и дворовым людям права и возлагаемые на них обязанности в отношении к правительству и к помещикам.

Хотя же сии положения, общие, местные и особые дополнительные правила для некоторых особых местностей, для имений мелкопоместных владельцев и для крестьян, работающих на помещичьих фабриках и заводах, по возможности приспособлены к местным хозяйственным потребностям и обычаям, впрочем, дабы сохранить обычный порядок там, где он представляет обоюдные выгоды, мы предоставляем помещикам делать с крестьянами добровольные соглашения и заключать условия о размере поземельного надела крестьян и о следующих за оный повинностях с соблюдением правил, постановленных для ограждения ненарушимости таковых договоров.

Как новое устройство, по неизбежной многосложности требуемых оным перемен, не может быть произведено вдруг, а потребуется для сего время, примерно не менее двух лет, то в течение сего времени, в отвращение замешательства и для соблюдения общественной и частной пользы, существующий доныне в помещичьих имениях порядок должен быть сохранен дотоле, когда, по совершении надлежащих приготовлений, открыт будет новый порядок.

Для правильного достижения сего мы признали за благо повелеть:

1. Открыть в каждой губернии губернское по крестьянским делам присутствие, которому вверяется высшее заведование делами крестьянских обществ, водворенных на помещичьих землях.

2. Для рассмотрения на местах недоразумений и споров, могущих возникнуть при исполнении новых положений, назначить в уездах мировых посредников и образовать из них уездные мировые съезды.

3. Затем образовать в помещичьих имениях мирские управления, для чего, оставляя сельские общества в нынешнем их составе, открыть в значительных селениях волостные управления, а мелкие сельские общества соединить под одно волостное управление.

4. Составить, поверить и утвердить по каждому сельскому обществу или имению уставную грамоту, в которой будет исчислено, на основании местного положения, количество земли, предоставляемой крестьянам в постоянное пользование, и размер повинностей, причитающихся с них в пользу помещика как за землю, так и за другие от него выгоды.

5. Сии уставные грамоты приводить в исполнение по мере утверждения их для каждого имения, а окончательно по всем имениям ввести в действие в течение двух лет со дня издания настоящего манифеста.

6. До истечения сего срока крестьянам и дворовым людям пребывать в прежнем повиновении помещикам и беспрекословно исполнять прежние их обязанности.

7. Помещикам сохранить наблюдение за порядком в их имениях, с правом суда и расправы, впредь до образования волостей и открытия волостных судов.

Обращая внимание на неизбежные трудности предприемлемого преобразования, мы первое всего возлагаем упование на всеблагое провидение Божие, покровительствующее России.

Засим полагаемся на доблестную о благе общем ревность благородного дворянского сословия, которому не можем не изъявить от нас и от всего Отечества заслуженной признательности за бескорыстное действование к осуществлению наших предначертаний. Россия не забудет, что оно добровольно, побуждаясь только уважением к достоинству человека и христианскою любовию к ближним, отказалось от упраздняемого ныне крепостного права и положило основание новой хозяйственной будущности крестьян. Ожидаем несомненно, что оно также благородно употребит дальнейшее тщание к приведению в исполнение новых положений в добром порядке, в духе мира и доброжелательства и что каждый владелец довершит в пределах своего имения великий гражданский подвиг всего сословия, устроив быт водворенных на его земле крестьян и его дворовых людей на выгодных для обеих сторон условиях, и тем даст сельскому населению добрый пример и поощрение к точному и добросовестному исполнению государственных постановлений.

Имеющиеся в виду примеры щедрой попечительности владельцев о благе крестьян и признательности крестьян к благодетельной попечительности владельцев утверждают нашу надежду, что взаимными добровольными соглашениями разрешится большая часть затруднений, неизбежных в некоторых случаях применения общих правил к разнообразным обстоятельствам отдельных имений, и что сим способом облегчится переход от старого порядка к новому и на будущее время упрочится взаимное доверие, доброе согласие и единодушное стремление к общей пользе.

Для удобнейшего же приведения в действие тех соглашений между владельцами и крестьянами, по которым сии будут приобретать в собственность вместе с усадьбами и полевые угодья, от правительства будут оказаны пособия, на основании особых правил, выдачею ссуд и переводом лежащих на имениях долгов.

Полагаемся на здравый смысл нашего народа.

Когда мысль правительства об упразднении крепостного права распространилась между не приготовленными к ней крестьянами, возникали было частные недоразумения. Некоторые думали о свободе и забывали об обязанностях. Но общий здравый смысл не поколебался в том убеждении, что и по естественному рассуждению свободно пользующийся благами общества взаимно должен служить благу общества исполнением некоторых обязанностей, и по закону христианскому всякая душа должна повиноваться властям предержащим (Рим. XIII, 1), воздавать всем должное, и в особенности кому должно, урок, дань, страх, честь (7); что законно приобретенные помещиками права не могут быть взяты от них без приличного вознаграждения или добровольной уступки; что было бы противно всякой справедливости пользоваться от помещиков землею и не нести за cиe соответственной повинности.

И теперь с надеждою ожидаем, что крепостные люди при открывающейся для них новой будущности поймут и с благодарностию примут важное пожертвование, сделанное благородным дворянством для улучшения их быта.

Они вразумятся, что, получая для себя более твердое основание собственности и большую свободу располагать своим хозяйством, они становятся обязанными пред обществом и пред самими собою благотворность нового закона дополнить верным, благонамеренным и прилежным употреблением в дело дарованных им прав. Самый благотворный закон не может людей сделать благополучными, если они не потрудятся сами устроить свое благополучие под покровительством закона. Довольство приобретается и увеличивается не иначе как неослабным трудом, благоразумным употреблением сил и средств, строгою бережливостию и вообще честною в страхе Божием жизнию.

Исполнители приготовительных действий к новому устройству крестьянского быта и самого введения в cиe устройство употребят бдительное попечение, чтобы cиe совершалось правильным, спокойным движением, с наблюдением удобности времени, дабы внимание земледельцев не было отвлечено от их необходимых земледельческих занятий. Пусть они тщательно возделывают землю и собирают плоды ее, чтобы потом из хорошо наполненной житницы взять семена для посева на земле постоянного пользования или на земле, приобретенной в собственность.

Осени себя крестным знамением, православный народ, и призови с нами Божие благословение на твой свободный труд, залог твоего домашнего благополучия и блага общественного.

Дан в Санкт-Петербурге, в девятнадцатый день февраля, в лето от Рождества Христова тысяча восемьсот шестьдесят первое, царствования же нашего в седьмое.

АЛЕКСАНДР


© ФКУ «Российский государственный исторический архив» (РГИА)
Ф.1329. Оп.1 .Д.730-б. Л.27-41 об.

XIX век