Резолюция X-го съезда РКП(б) о единстве партии
03.1921
1

Резолюция «О единстве партии» стала одним из важнейших решений Х съезда РКП(б), который стал рубежным в истории коммунистической партии и страны. «Дискуссия о профсоюзах» среди коммунистов развернулась в условиях кризиса их власти 1920-1921 гг. Согласившись на экономические уступки (НЭП), руководство РКП(б) стремилось сохранить монополию на власть. По настоянию В. Ленина было принято решение запретить фракции и группировки в РКП(б). Это решение способствовало подавлению внутрипартийных оппозиций в 20-е годы.


Победа над белым движением в гражданской войне сделала актуальным определение социально-политической системы мирного времени. Для части коммунистов победа над «белыми» означала возможность проведения демократических преобразований в направлении «отмирания государства», за которое партия выступала в 1917 году.

В то же время изжила себя политика «военного коммунизма». Теперь, когда не было угрозы «белой» реставрации, крестьяне не видели оснований бесплатно снабжать города продовольствием. Поставки продовольствия в города в конце 1920 г. стали сокращаться, вновь возникла угроза голода. Коммунисты изымали хлеб насильственно, и крестьяне стали активнее поддерживать повстанческое движение против коммунистов. Среди рабочих также росло недовольство политикой большевиков, которые довели города страны до голодного состояния. Но лидеры РКП(б) не собирались отказываться от форсированного движения к коммунизму, надеясь восстановить и модернизировать промышленный потенциал в условиях прямого безрыночного продуктообмена, системы пайков и продразверстки. Лидеры РКП(б) полагали, что задачи строительства коммунизма требуют рабочим классом. Основной организацией рабочих были профсоюзы, и поэтому именно профсоюзы оказались в центре дискуссии в партии большевиков после гражданской войны.

В этих условиях в партии большевиков обострились внутренние разногласия по поводу путей дальнейшего развития страны, которые вошли в историю как «дискуссия о профсоюзах».

Дискуссия началась в ноябре 1920 г. с того, что Л. Троцкий предложил «перетряхнуть» профсоюзное руководство, после чего сделать профсоюзные структуры государственными органами. Для этих новых задач нужны иные профсоюзные работники, умеющие командовать рабочим классом. Это вызвало протесты профсоюзных лидеров во главе с М. Томским. Диктаторский подход Троцкого вызвал неудовольствие В. Ленина, который счёл его подход слишком грубым. Троцкий критиковал неэффективность и бюрократизацию профсоюзов. 9 ноября 1920 г. пленум ЦК РКП(б) отклонил тезисы Троцкого и создал комиссию по подготовке мер демократизации профсоюзов во главе с Г. Зиновьевым, который руководствовался указаниями В. Ленина, который поддержал умеренную резолюцию Я. Рудзутака, принятую накануне V Всероссийской конференцией профсоюзов.

Если Троцкий и его сторонники (Х. Раковский, Н. Крестинский и др.) выступали за усиление диктаторских механизмов, за превращение профсоюзов в рычаг управления рабочими, то рабочая оппозиция во главе с А. Шляпниковым и А. Коллонтай предлагала передать власть съездам производителей (фактически — профсоюзам), отказавшись от диктата Совнаркома, ЦК и карательных органов. Идея передачи значительной власти профсоюзам и советам выдвигалась и группой «Демократического социализма» («децистами») во главе с Т. Сапроновым, А. Бубновым, В. Осинским. Они считали, что социально-политическая система страны должна быть решительно демократизирована на основе коллегиальности и усиления роли советов. Однако между децистами и рабочей оппозицией существовали острые противоречия. Дело в том, что децисты отстаивали позиции региональных партийных группировок, против которых на местах боролись рабочие оппозиционеры, выступавшие за передачу партийных постов от бюрократии рабочим.

«Рабочая оппозиция» считала необходимым ускорить провозглашенное большевиками «отмирание» государства. Поэтому их противники обвиняли этих оппозиционеров в анархо-синдикалистском «уклоне» от общей партийной линии. Но позиция партии в целом ещё была предметом дискуссии.

Н. Бухарин предложил компромиссную, «буферную» позицию между предложениями Троцкого, «рабочей оппозиции» и «децистов». Бухарин обратил внимание на то, что все фракции партии выступают за включение рабочих организаций в структуру государства, которое после этого на деле может стать рабочим государством. Управление предприятиями в этих условиях должно было перейти в руки демократизированных профсоюзных организаций, по существу — самоуправляющихся рабочих коллективов. Но для этого необходимо восстановить демократию в профсоюзах (а значит и в «опрофсоюзенном» государстве). Троцкий согласился с аргументами Бухарина и признал, что рабочие путем перевыборов могут «перетряхнуть» профсоюзное руководство, очистив его от бюрократизированных кадров. Таким образом, ведущие теоретики партии готовы были предложить создание новой социально-политической системы, основанной на демократии снизу доверху, от предприятий до государства в целом. Но эта демократия должна была касаться только рабочего класса, и пока обходила стороной «мелкую буржуазию», то есть крестьянство.

Против этих взглядов выступили Ленин и Зиновьев. Они считали, что такие перемены могут разрушить аппарат управления, что особенно опасно в условиях разраставшегося в стране социально-политического кризиса. Ленин полагал, что нельзя доверять власть массам рабочих, тесно связанным с крестьянством, которое Ленин считал мелкой буржуазией. Строительство мощной промышленности, планировавшееся коммунистами, должно было управляться из единого центра партийно-правительственной бюрократией, а не рабочими коллективами. Поэтому Ленин настаивал на том, что существующая система власти должна быть сохранена, профсоюзы должны существовать отдельно от государства, но полностью подчиняться партии, фракции в партии должны быть запрещены, единство партии восстановлено. В то же время Ленин был готов пойти на уступки крестьянству, которое почти прекратило поставки продовольствия.

Разрешить противоречия в партии должен был Х съезд РКП(б), который прошел в Москве 8-16 марта 1921 г.

Пока большевики спорили, крестьянская война усилилась. Восстания полыхали на Украине, в Тамбовщине, в Сибири. Восставшие выдвигали требования прекращения продразверстки, свободы торговли, ликвидации большевистской диктатуры. Кульминацией этой фазы революции стали рабочие волнения в Петрограде и Кронштадтское восстание моряков 28 февраля – 18 марта 1921 г., которое проходило под демократическими советскими лозунгами. Эти лозунги были отчасти близки и идеям, обсуждавшимся в РКП(б). Но кронштадтцы посягнули на монополию большевиков на власть. Ленин считал эти события самым большим внутренним политическим кризисом Советской России. Кронштадтское восстание было жестоко подавлено. Группа делегатов, в том числе активные оппозиционеры, была отправлена на борьбу с Кронштадтским восстанием. Однако и оно, и многочисленные крестьянские восстания этого времени показали, что сохранять «военный коммунизм» было далее нельзя.

В условиях острого социального кризиса, снова поставившего большевистскую диктатуру на грань крушения, Ленин считал развернувшуюся дискуссию вредной, и даже «буферные» попытки Бухарина осуждал как подливающие «буферного керосина в огонь» конфликта. Ленин, Зиновьев, Каменев, Сталин, а также профсоюзные лидеры Томский и Рудзутак и другие сформировали «группу 10», которая считала необходимым отказаться от рискованных экспериментов с профсоюзами, сохранив за ними прежние функции. По мнению Ленина профсоюзы должны быть «школой коммунизма», то есть организацией, в рамках которой рабочие могут постепенно овладевать навыками управления. Также профсоюзы должны были организовывать рабочих под контролем партии (быть ее «приводным ремнем» к рабочим), что в целом соответствовало идее Троцкого, хотя и в гораздо более умеренном виде.

Однако политически вопрос о профсоюзах для Ленина и его ближайших сторонников отошел на второй план по сравнению с проблемой единства партии. В условиях, когда она стала единственной властью в стране и испытывала на себе различные социальные воздействия, происходили восстания и нарастали внешние угрозы, Ленин пришел к выводу, что партия должна быть жестко управляемой организацией. Разногласия в партии могут быть тактическими, сиюминутными, деловыми, но не связанными с разными стратегиями движения к коммунизму. Недопустимо создание «партий в партии» — фракций со своей дисциплиной и отдельными структурами.

В первоначальном проекте резолюции Ленин указывал прямо те проявления фракционности, которые теперь следовало осудить: «Таковые признаки фракционности имелись налицо, например, на одной из партконференций Москвы (в ноябре 1920 г.) и Харькова, как со стороны группы так называемой «рабочей оппозиции», так отчасти и со стороны группы так называемого «демократического централизма»». Фракционность вредна «даже при всем желании представителей отдельных групп охранить партийное единство». Теперь «Необходимо, чтобы каждая организация партии строжайше следила за недопущением никаких фракционных выступлений». При редактировании резолюции эти положения были исключены из текста, чтобы не клеймить субъективно четных товарищей, которым к тому же досталось в отдельной резолюции об анархо-синдикалистском уклоне в партии.

Работая над резолюцией о единстве партии, Ленин стремится перехватить основные идеи оппозиции — борьбу с бюрократизмом, самоуправление рабочих, рост роли рабочих в партии и государстве.

Ленин также считал необходимым, чтобы «всякое практическое предложение в возможно более отчетливой форме направлялось немедленно, без всякой волокиты, на обсуждение и решение руководящих, местных и центрального, органов партии. Всякий выступающий с критикой должен, кроме того, по форме критики учитывать положение партии среди окружающих ее врагов, а по со¬держанию критики должен своим непосредственным участием в советской и партийной работе испытывать на практике исправление ошибок партии или отдельных ее членов».

Пункт 7 резолюции, предполагающий конкретные репрессии за фракционную деятельность, не был опубликован в 1921 г., когда публично демонстрировалось восстановление единства партии. Однако фракционная борьба в РКП(б) не прекратилась. В 1922 г. была осуждена группа бывших сторонников «рабочей оппозиции» во главе со А. Шляпниковым, который был выведен из ЦК. После дискуссии с «левой оппозицией» пункт 7 был опубликован по решению XIII партконференции в 1924 г.

После принятия резолюции «О единстве партии» в РКП(б) могла быть только одна позиция по политическим вопросам. Эту позицию провозглашало партийное руководство, после чего члены РКП(б) должны были выполнять их указания без рассуждения. Большевики не привыкли к таким порядкам, и дискуссии продолжались в партии все 20-е гг. Но активные участники таких дискуссий обвинялись партийным руководством во «фракционности» и лишались постов, понижались в должностях, теряли влияние на политический курс правящей партии. Таким образом, резолюция «О единстве партии» использовалась большинством политбюро для борьбы с инакомыслием и в конечном итоге способствовала установления диктатуры Сталина в партии.

ПЕРВОНАЧАЛЬНЫЙ ПРОЕКТ
РЕЗОЛЮЦИИ X-ГО СЪЕЗДА Р.К.П. ОБ ЕДИНСТВЕ ПАРТИИ.

1. Съезд обращает внимание всех членов партии на то, что единство и сплоченность ее рядов, обеспечение полного доверия между членами партии и работы действительно дружной, действительно воплощающей единство воли авангарда пролетариата, является особенно необходимым в настоящий момент, когда ряд обстоятельств усиливает колебания в среде мелкобуржуазного населения страны.

2. Между тем еще до общепартийной дискуссии о профсоюзах в партии обнаружились некоторые признаки фракционности, т.е. возникновения групп с особыми платформами и со стремлением до известной степени замкнуться и создать свою групповую дисциплину.

Необходимо, чтобы все сознательные рабочие ясно осознали вред и недопустимость какой бы то ни было фракционности, которая даже при всем желании представителей отдельных групп сохранить партийное единство неминуемо ведет на деле к ослаблению дружной работы и к усиленным повторным попыткам примазывающихся к правительственной партии врагов ее углублять разделение и использовать его в целях контрреволюции.

Использование врагами пролетариата всяких уклонений от строго выдержанной коммунистической линии с наибольшей наглядностью показало себя на примере кронштадтского мятежа, когда буржуазная контрреволюция и белогвардейцы во всех странах мира сразу выявили свою готовность принять лозунги даже советского строя, лишь бы свергнуть диктатуру пролетариата в России, когда эсеры и вообще буржуазная контрреволюция использовала в Кронштадте лозунги восстания якобы во имя советской власти против советского правительства России. Такие факты доказывают вполне, что белогвардейцы стремятся и умеют перекраситься в коммунистов и даже «левее» их, лишь бы ослабить и свергнуть оплот пролетарской революции в России. Меньшевистские листки в Петрограде накануне кронштадтского мятежа показывают, равным образом, как меньшевики использовали разногласия внутри Р.К.П., чтобы фактически подталкивать и поддерживать кронштадтских мятежников, эсеров и белогвардейцев, выставляя себя на словах противниками мятежей и сторонниками советской власти лишь с небольшими будто бы поправками.

3. Пропаганда по данному вопросу должна состоять, с одной стороны, в обстоятельном объяснении вреда и опасности фракционности с точки зрения единства партии и осуществления единства воли авангарда пролетариата, как основного условия успеха диктатуры пролетариата, с другой стороны, в объяснении своеобразия новейших тактических приемов врагов Советской власти. Эти враги, убедившись в безнадежности контрреволюции под открыто белогвардейским флагом, напрягают теперь все усилия, чтобы, исповедуя разногласия внутри Р.К.П., двинуть контрреволюцию так или иначе путем передачи власти политическим группировкам, наиболее близким по внешности к признанию советской власти.

Пропаганда должна выяснить также опыт предшествующих революций, когда контрреволюция поддерживала наиболее близкие к крайней революционной партии мелкобуржуазные группировки, чтобы поколебать и свергнуть революционную диктатуру, открывая тем дорогу для дальнейшей полной победы контрреволюции, капиталистов и помещиков.

4. Необходимо, чтобы каждая организация партии строжайше следила за тем, чтобы безусловно необходимая критика недостатков партии, всякий анализ общей линии партии или учет ее практического опыта, проверка исполнения ее решений и способ исправления ошибок и т.п. были бы направляемы не на обсуждение групп, складывающихся на какой-либо «платформе» и т.п., а на обсуждение всех членов партии. Для этого съезд предписывает издавать регулярнее «Дискуссионный Листок» и особые сборники. Всякий, выступающий с критикой, должен учитывать положение партии среди окружающих ее врагов, а также должен своим непосредственным участием в советской и партийной работе стремиться к исправлению на деле ошибок партии.

5. Поручая ЦК провести полное уничтожение всякой фракционности, съезд заявляет в то же время, что по вопросам, привлекаюшим особое внимание членов партии, — об очистке партии от непролетарских и ненадежных элементов, о борьбе с бюрократизмом, о развитии демократизма и самодеятельности рабочих и т.п., какие бы то ни было деловые предложения должны быть рассматриваемы с величайшим вниманием и испытываемы на практической работе. Все члены партии должны знать, что по этим вопросам партия не осуществляет всех необходимых мер, встречая целый ряд разнообразных препятствий, и что, отвергая беспощадно неделовую и фракционную критику, партия неустанно будет продолжать, испытывая новые приемы, бороться всякими средствами против бюрократизма, за расширение демократизма, самодеятельности, за раскрытие, разоблачение и изгнание примазавшихся к партии и т.д.

6. Съезд предписывает поэтому немедленно распустить все, без изъятия, образовавшиеся на той или иной платформе группы и поручает всем организациям строжайше следить за недопущением каких-либо фракционных выступлений. Неисполнение этого постановления съезда должно вести за собой безусловное и немедленное исключение из партии.

7. Чтобы осуществить строгую дисциплину внутри партии и добиться наибольшего единства при устранении всякой фракционности, съезд дает ЦК полномочие применять в случаях нарушения дисциплины или возрождения, или допущения фракционности все меры партийных взысканий вплоть до исключения из партии, а по отношению к членам ЦК перевод их в кандидаты и даже, как крайнюю меру, исключение из партии. Мера эта может быть применена лишь по постановлению 2/3 общего Собрания членов ЦК, кандидатов в ЦК и членов ЦКК. (пункт 7-ой не подлежит опубликованию)


© Российский государственный архив социально-политической истории
Ф.45, оп.1, д.23, л.29-31.

XX век