Высочайший манифест об усовершенствовании государственного порядка
17(30).10.1905
1

Высочайший Манифест от 17 октября 1905 года является законодательным актом верховной власти Российской империи. По одной из версий он был разработан Сергеем Юльевичем Витте по поручению императора Николая II. По другим сведениям, текст Манифеста был подготовлен А.Д. Оболенским и Н.И. Вуичем, а Витте осуществлял общее руководство. Сохранились сведения, что в день подписания манифеста перед царем на столе лежало два проекта: первым вводилась военная диктатура (в диктаторы намечался его дядя Николай Николаевич), а вторым - конституционная монархия. Сам царь склонялся к первому варианту, но решительный отказ великого князя вынудил его подписать Манифест. Принятый под давлением всеобщей октябрьской политической стачки и, прежде всего, забастовки железнодорожников, Манифест даровал обществу демократические свободы и обещал созыв законодательной Государственной думы. Главное значение Манифеста состояло в том, что он распределил ранее единоличное право императора между монархом и законодательной Государственной Думой. В результате принятия Манифеста императором были внесены изменения в Основные государственные законы Российской империи, ставшие фактически первой российской Конституцией.

В условиях Первой российской революции именно с этим актом традиционно связывается переход от самодержавной формы правления в России к конституционной монархии, а также либерализация политического режима и всего уклада жизни в стране. Российским подданным Манифестом 17 октября предоставлялись гражданские свободы, а будущая Государственная дума наделялась законодательными правами вместо законосовещательных, обещанных ранее 6 августа. В основу данного Манифеста лег новый проект Государственной думы, который был направлен к «скорейшему прекращению столь опасной для государства смуты». Помимо принятия мер по «устранению прямых проявлений беспорядка», на правительство было возложено выполнение трех задач: даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов; привлечь к участию в Думе те классы населения, которые совсем лишены избирательных прав (речь шла о рабочих); установить, чтобы никакой закон не мог воспринять силу без одобрения Государственной думы. В то же время император сохранял право распускать Думу и блокировать ее решения своим правом вето.

Документ завершался призывом «ко всем верным сынам России» вместе с государем «напрячь все силы к восстановлению тишины и мира на родной земле». Но период с 18 по 29 октября 1905 года был отмечен очередной вспышкой насилия: за эти дни было убито около 4 тысяч человек, и около 10 тысяч ранено. Подобное насилие стало возможным в силу растерянности центральных и, особенно, местных властей, после опубликования Манифеста. Дело в том, что готовился Манифест в полной тайне, а после его издания никаких разъяснений не было сделано. Есть свидетельства, что даже министр внутренних дел узнал о нем одновременно со всеми остальными. Что уж тут говорить о губернаторах и полицмейстерах в провинции, если даже столичные чиновники не знали, как действовать в условиях «конституции».

Манифест был опубликован одновременно с запиской С.Ю. Витте на имя императора, в которой подчеркивалось, что принципы нового для России порядка должны «воплощаться лишь постольку, поскольку население получает к ним привычку и гражданский навык». На практике, несмотря на отмену телесных наказаний, казаки и крестьяне в общине продолжали пороть провинившихся. По-прежнему «нижним чинам (солдатам) и собакам» в парки для «чистой» публики вход был строго запрещен. Купцы продолжали сажать должников из купеческих гильдий в долговую коммерческую тюрьму.

Указ «Об укреплении начал веротерпимости» от 17 апреля 1905 года и положения 7-й главы Свода Основных государственных законов (от 23 апреля 1906 года), которыми православным было разрешено свободно переходит в другие веры, а всем, не принадлежащим к господствующей церкви подданным Российского государства и иностранцам пользоваться «повсеместно свободным отправлением их веры и богослужения по обрядам оной», привели лишь к проникновению в Россию идей прозелитизма и миссионеров, созданию разного рода сект и усилению раскола в высшем православном духовенстве.

Помимо Государственной Думы, Манифест 17 октября 1905 года изменил и функции остальных высших государственных учреждений империи. Указом от 19 октября 1905 года Совет министров превратился в постоянно действующий орган, ответственный перед царем. То есть он не стал кабинетом в европейском смысле, так как был ответственен не перед Думой. Министров также назначал император. Государственный Совет указом от 20 февраля 1906 года был превращен в верхнюю палату парламента как противовес Думе. Теперь половина членов Госсовета назначалась царем (в том числе председатель и вице-председатель), а другая половина избиралась от земств, дворянских собраний и университетов.

Однако надежды на «умиротворение» России не оправдались, так как Манифест был в левых кругах расценен как уступка самодержавия, а в правых - как царская милость. Это, в свою очередь, определило весьма противоречивый и половинчатый характер преобразований, связанных с осуществлением провозглашенных Манифестом гражданских свобод. Прямым следствием выхода Октябрьского манифеста стало появление легальных политических партий, профсоюзов и других общественных организаций, а также легальной оппозиционной печати.

Указ 4 марта 1906 года «О временных правилах об обществах и союзах» регламентировал деятельность политических партий, деятельность которых была легализована Манифестом 17 октября. Это был первый в истории России правовой акт, официально допускающий и устанавливающий определенные правила деятельности различных политических образований, в том числе и оппозиционных. Общества и союзы могли образовываться без «испрошения на то разрешения правительственной власти» на основании соблюдения установленных указом правил. Прежде всего, запрещались общества, преследующие цели, противные общественной нравственности или воспрещенные уголовным законом, угрожающие общественному спокойствию и безопасности, а также управляемые учреждениями или лицами, находящимися за границей, если общества преследуют политические цели.

В начале века было создано около 100 партий, которые можно разделить на: консервативно-монархические, консервативно-либеральные (октябристы), либеральные (кадеты), неонароднические, социал-демократические и националистические. Конституционно-демократическая партия (самоназвание – «Партия народной свободы») организационно оформилась на своем первом съезде в Москве 12-18 октября 1905 года. В партии весной-летом 1906 года насчитывалось около 50 тысяч человек (из них в Москве и Петербурге - по 8 тысяч). Партия «Союз 17 октября» образовалась после опубликования царского манифеста 17 октября 1905 года. Общая численность партии в 1905-1907 годах составляла около 50-60 тысяч членов. При этом численность московской организации достигала около 9-10 тысяч, а петербургской - около 14 тысяч человек. К числу законопослушных партий центра, позднее слившихся с октябристами, относятся Торгово-промышленный союз (возник в Петербурге в октябре-ноябре 1905 года и распался в конце 1906 года), Умеренно-прогрессивная партия (образована в октябре-ноябре 1905 года в Москве); петербургская Прогрессивная экономическая партия (возникла в октябре-ноябре 1905 года) и Партия правого порядка (возникла в Петербурге в середине октября 1905 года). Что касается черносотенных организаций, то они возникли еще до издания Манифеста. Так, Русское собрание было образовано осенью 1900 года, Союз русских людей (в октябре 1905 года преобразован в Союз русского народа) и Русская монархическая партия – в марте 1905 года. Общая численность этих организаций к лету 1906 года составляла более 250 тысяч членов. Не ждали царского Манифеста и левые партии, чье формирование началось еще в конце XIX века. Формирование профсоюзов также шло явочным порядком, не дожидаясь появления Манифеста.

В полугодичной деятельности кабинета С.Ю. Витте большое место отводилось преобразованиям, связанным с осуществлением провозглашенных Манифестом гражданских свобод, - законам об обществах и союзах, о собраниях и печати. Но с другой стороны, уже в середине февраля 1906 года Витте перешел на позицию сторонника неограниченной царской власти и принялся доказывать, что Манифест 17 октября не только не означал конституции, но и может быть «ежечасно» отменен.

Наглядным примером ограниченного характера реформ в сфере прав граждан может служить цензурное законодательство, которое в результате всех поправок и нововведений к 1904 году свелось по существу к Уставу 1828 года. Другое дело, что на волне революции издатели фактически прекратили обращаться к цензуре за разрешениями. В этих условиях правительство удовлетворилось наскоро подготовленными очередными Временными правилами о повременных изданиях от 24 ноября 1905 года. Ими отменялась предварительная цензура и система административных взысканий. Последняя, однако, продолжала применяться на основании Закона 1881 года об исключительном положении, которое было распространено на значительную часть территории России. Отменялось право МВД воспрещать обсуждение в печати какого-либо вопроса государственной важности, но на отдельные номера газет и журналов мог быть наложен арест по распоряжению должностного лица с одновременным возбуждением судебного преследования.

23 апреля 1906 года, за четыре дня до начала работы Думы Николай II именным указом утвердил «Основные законы» (Конституцию) Российской империи, подготовленные специальной комиссией во главе с С.Ю. Витте. Сам граф определял устанавливаемый режим как «правовое самодержавие». Конституция широко декларировала основные свободы и права: судебная защита частной собственности подданных (принудительная конфискация последней допускалась только по суду и при предварительном равноценном возмещении); право на адвокатскую защиту в случае ареста и передачи дела в суд присяжных; право свободно выбирать местожительство и беспрепятственно ездить за границу. Правда, массового выезда «неблагородных сословий» (80% населения) за границу не последовало, исключая небольшие группы революционеров. Из Основных законов было устранено определение власти царя как неограниченной (он осуществлял законодательную власть вместе с Думой и Госсоветом), но сохранялся титул «самодержавный». Прерогативами царя объявлялись: пересмотр основных законов, высшее государственное управление, руководство внешней политикой, верховное командование вооруженными силами, объявление войны и заключение мира, объявление исключительного и военного положения, право чеканки монеты, назначение и увольнение министров, помилование осужденных и общая амнистия. Но императорская семья была неподсудна по гражданскому и уголовному законодательству.

БОЖЬЕЙ МИЛОСТЬЮ,
МЫ, НИКОЛАЙ ВТОРОЙ,
ИМПЕРАТОР И САМОДЕРЖЕЦ ВСЕРОССИЙСКИЙ,
ЦАРЬ ПОЛЬСКИЙ, ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ ФИНЛЯНДСКИЙ
И ПРОЧЕЕ, И ПРОЧЕЕ, И ПРОЧЕЕ.

Объявляем все Нашим верным подданным:

Смуты и волнения в столицах и во многих местностях империи нашей великой и тяжкой скорбью преисполняют сердце наше. Благо Российского государя неразрывно с благом народным и печаль народная — его печаль. От волнений, ныне возникших, может явиться глубокое нестроение народное и угроза целости и единству державы нашей.

Великий обет царского служения повелевает нам всеми силами разума и власти нашей стремиться к скорейшему прекращению столь опасной для государства смуты. Повелев подлежащим властям принять меры к устранению прямых проявлений беспорядка, бесчинств и насилий, в охрану людей мирных, стремящихся к спокойному выполнению лежащего на каждом долга, мы, для успешнейшего выполнения общих преднамечаемых нами к умиротворению государственной жизни мер, признали необходимым объединить деятельность высшего правительства.

На обязанность правительства возлагаем мы выполнение непреклонной нашей воли:

1. Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов.

2. Не останавливая предназначенных выборов в Государственную думу, привлечь теперь же к участию в Думе, в мере возможности, соответствующей краткости остающегося до созыва Думы срока, те классы населения, которые ныне совсем лишены избирательных прав, предоставив засим дальнейшее развитие начала общего избирательного права вновь установленному законодательному порядку.

3. Установить, как незыблемое правило, чтобы никакой закон не мог восприять силу без одобрения Государственной думы и чтобы выборным от народа обеспечена была возможность действительного участия в надзоре за закономерностью действия постановленных от нас властей.

Призываем всех верных сынов России вспомнить долг свой перед Родиной, помочь прекращению сей неслыханной смуты и вместе с нами напрячь все силы к восстановлению тишины и мира на родной земле.

Дан в Петергофе, в 17-й день октября, в лето от Рождества Христова тысяча девятьсот пятое, царствования же нашего одиннадцатое.

На подлинном Собственною Его Императорского Величества рукою подписано:

«НИКОЛАЙ».

XX век